этом старинном поместье на берегу реки живет теперь Анакс. Уже вторую неделю он выбирается ранним утром из окна и спускается по стволу березы вниз, на зеленую поляну. Некоторое время он задумчиво наблюдает за семейством ёжиков, которых сердобольная Татьяна приютила прошлой осенью, и отправляется, важно задрав хвост, обследовать ближние овраги, холмы и ручьи."Чтобы люди не говорили, жизнь искрится приятными минутами! - Довольно размышляет Анакс, осчастливленный прихотью непоседливой Фортуны. - Не пропади Пал Палыч, ничего бы не изменилось. Жил бы так себе: скитался целыми днями, снедь добывал. А сейчас? Сплю на мягкой подушке, библиотека под самым боком - читай, не хочу! Раздолье, куда глаз не глянет. Здесь тебе и молоко ледяное, и грудинка, и лакомая рыбка".
- Вы у Пал Палыча живете? - спросила его Татьяна той злосчастной ночью на огороде. - Надо же?! Бывают совпадения.
- Какие совпадения? - отозвался Анакс. - Вы тоже у Пал Палыча живете? Я Вас не видел... - Он пытливо вытаращился на Татьяну, пригляделся и радостно воскликнул: - Знаю, знаю! Как же! Фотография у него Ваша имеется. Он все на нее смотрел, вздыхал...
Щеки Татьяны запунцовели:
- Нет, право, какие глупости! Про фотографии я не ведаю. Мы вместе работаем.
- Работали! - поправил ее Анакс. - Сдается мне, что он не вернется...
- Куда же он делся? У него дел невпроворот.
- Кто его знает? Вальпургиева ночь! Нечисть его и взяла! Зачем ночами шастать по перелескам и пустынным закоулкам?
Набравшись смелости, Сервананда выглянула из-за плеча Татьяны:
- Тебя-то что не взяла, черта окаянного? Тоже не ангел, поди... Так напугал!
- Позвольте, позвольте... - Анакс заносчиво приструнил особу, которая ему сразу не пришлась по вкусу.
- Не ругайтесь! Что вы? - Татьяна перебила. - Вы теперь без хозяина живете? Это Пал Палыча дом? Какой... ветхий... Я всегда считала, что он в городе живет...
Анакс грустно воззрился на небо, затем на знакомые четыре окна, за которыми скрывалась квартира пропавшего Барсукова, и ему стало себя невероятно жалко.
- Да, вот! - Он склонил голову и незаметно смахнул набежавшую слезу. - Так и живем-с. Впроголодь. Я даже исхудал. Пощупайте. Видите, какие тощие бока?.. И не покормит никто! Сначала холодильник какой-никакой был. Перебивались... Неделю назад приехал грузовик, рабочие в синих комбинезонах погрузили все пожитки и уехали.
Татьяна призадумалась, поглаживая непоседливого кота по голове:
- Так у нас много места... Если хотите...
- Да, хотим! Непременно! - Анакс долго не раздумывал. Он подмигнул своей благодетельнице, расплылся в улыбке и куда-то убежал, прокричав напоследок: - Вы не уходите! Я сейчас вернусь.
- Тоже мне, самаритянка! - Сервананда уперлась ладонями в свои крутые бедра. - Зачем нам кот? Какая от него польза? У нас и мышей-то нет...
Татьяна пожала плечами:
- Пусть живет! Места не жалко?.. Давай, собираем кирки, лопаты...
Когда Анакс вернулся, со шкатулкой в лапах и ковриком подмышкой, все было готово в дорогу. Лопаты лежали в небольшой тележке, рядом с брошенными викторианскими нарядами, пустым термосом и пакетами от бутербродов.
- Запрыгивайте! - Татьяна освободила место, сдвинул грязный шпатель. - Идти далеко.
Чудеса-то порой случаются - в самый неожиданный момент!
Анакс прошелся по двору. Солнце заходило. Верхушки деревьев стояли в золотистом огне лучей, а между стволами туман уже начал плести свою волшебную вуаль. Кот пробрался тем же путем в дом, последний раз выглянул в сад и порешил озарить своим присутствием кухню: проголодался.
В кухне на стуле возле окна кто-то сидел и курил. Татьяна уже спала и видела свой третий сон, ее рассеянная кузина отправилась еще вчера в соседнюю деревню на гулянку. В доме никого не должно было быть! Анакс с удивлением пригляделся. Седовласый старик, одетый в мундир с расшитым серебряными нитями бортом, заинтересованно посмотрел в ответ, спрятал в бархатный футляр трубку, громко чихнул и растворился в воздухе.
Анакс поджал хвост и бесшумно проскользнул в приоткрытую дверь, со страху так и забыв развернуться. Он медленно пятился по сумеречному коридору, по широкой лестнице, в спальню Татьяны; залез под одеяло и закрыл лапами глаза.
"С ума схожу, с ума схожу, с ума схожу..." - Он повторял эти слова долго-долго, как заклятие, незаметно проваливаясь в тревожный сон.
накс выполз на крыльцо и огляделся. На улице никого не было. Прохладный ветер дул с севера, со стороны гор, задумчиво покачивал ветки деревьев, шелестел в цветах роз и гвоздик на неухоженных клумбах по обе стороны скрипящей лестницы, повидавшей многое и скрывавшей ни одну тайну. Анакс ухмыльнулся, поглядывая на деревянную лавочку, стоящую в сени осины. Прошлым летом, такой же вот неспокойной ночью, он был первым, кто обнаружил непристойные надписи, выставляющие достопочтенных жителей дома в неблагоприятном свете. Неизвестный злоумышленник, вооружившись заржавевшим ножиком, пробрался во двор и нацарапал их на спинке лавочки.